?

Log in

No account? Create an account

Изменяю своим привычкам


Entries by category: литература

Человек, который принял жену за шляпу
eucariot

Не так давно я читал фантазию на тему нашего светлого электронного будущего. Можете сами поразмышлять на тему, как изменится мир, если биологические нейроны нашего мозга заменить на более производительные биоэлектронные аналоги. Каким взрывом разразится аналитическое мышление и как творческое полушарие будет способно оценить красоту или наоборот бездарность любого предмета искусства.

Но не об этом я. Одна интересная мысль касалась того, какая сложнейшая система связей будет рождаться с каждой прочитанной книгой или изученным материалом. Математика, история, живопись, музыка, политика - всё становится взаимосвязанным, выстраивается в единую непротиворечивую систему.


Так вот, если отвлечься от этих высокопарных слов и обратиться к обычному смертному инженеру - то есть ко мне, то становится занятным, что прежде эта идея казалась самоочевидной и скрывалась за словосочетанием "расширение кругозора", тогда как теперь я стал сознательно отслеживать эти параллели и перпендикуляры.

 

Итак, в заголовке "Человек, который принял жену за шляпу" - книга о психологии - сказал бы одна из лучших в своём роде - да только её одну и читал. До этого прочитана серия книг Докинза об эволюции и мутациях. В текущий момент открыта двухсотая страница "Ноль - история опасной идеи" трактат о математике и месте нуля в её истории.

Read more...Collapse )

Тень ветра. Карлос Сафон
eucariot

Некоторое время назад начал замечать, что в моей читалке появляются книги, историю которых я не помню: кто-то посоветовал или я где-то о них читал. Но это неизменно достойные и запоминающиеся вещи, которыми я впоследствии зачитываюсь. Я доверяю тебе, мой инкогнито-советник.


В начале лета таким образом обнаружилась "Тень Ветра" Карлоса Сафона. Возможно, под страхом нелепой смерти я бы начал вспоминать, что где-то в вк, кто-то присоветовал его, но пока нет - не помню.




Книга о Барселоне середины 20-го века. Один из самых сложных периодов в новейшей истории Испании: времена правления Франко.


Учитывая мою латентную любовь к этой стране, а тем более желание её объездить, на пару недель я просто заблудился на грязных улочках города, где творили Гауди и Дали - Сафон провёл меня в город моей мечты. То медленно прогуливаясь, то бредя в бреду, то вертясь в вихре событий, вместе с героем мы проносились мимо особняка Эль Фраре Бланк на проспекте Тибидабо к одноимённой горе, заглядывали в парк Сюдадела, крепость Монтжуик, а с неё и на Монтжуикское кладбище, уныло плелись через Барселонету посидеть на волнорезе. В мою память закладывались названия, чтобы всплыть оттуда в будущем: улицы Фернано и Рамблас, Хоакин-Коста и Бульвар Грасия.


Блестяще прописанные персонажи, остроумные диалоги, отмеченные печатью интеллекта. Закрученный, в лучших традициях детективных романов, сюжет, иногда предсказуемый, но в целом не банальный.


Read more...Collapse )

Дэвид Дойч. Структура реальности
eucariot
На полке научпоп прибыло.

Взялся за неё, потому что её рекомендовал Вассерман наряду со "Слепым Часовщиком" и "Суммой технологий".
Вассерману я доверяю, обе книги читал и мне показалось это достаточны основанием, чтобы купить и "Структуру реальности".

Дойч пропагандист гипотезы мультиверса, согласно которой помимо нашей Вселенной существует бесконечное число других, которые охватывают не только любые вариант развития событий, но и любой момент времени в истории нашей Вселенной.
Вообще идея уходит своим корнями в Аристотеля через светлую голову Джордано Бруно. Но до 20-го века лежало это в плоскости философии. Первым же, кто поставил её на научные рельсы, был Хью Эверетт, по счастливой случайности живший во времена рассвета квантовой физики. Именно в её терминах гипотеза становилась непротиворечивой, хотя до экспериментального доказательства не дошло пока дело.

Так вот берёт Дойч гипотезу мультивёрса, теорию вычислений Тьюринга, докинзовское развитие эволюционных идей Дарвина и эпистимологию Поппера и пытается увязать их все в единую теорию всего, к которой стремится любой хороший физик.
Именно эти четыре теории-гипотезы должны по его мнению лучшим образом описать структуру реальности. И то, что это пока не получается - недостаток лишь современных инструментов, а истина при этом согласно Попперу одна, в то время как наши знания подвержены ошибкам.

И всё в целом хорошо в книге Дойча, если не упоминать о том, как прекрасно я засыпал под неё. Каждую из теорий автор объясняет, а потом вплетает в общую канву.
Но есть одно но. И оно настолько существенно, что я порывался бросить книгу много раз.
Больше всего в плохих фильмах меня раздражает логический разрыв, когда ключевой в развитии дальнейшего сюжета момент невозможен, нереалистичен или попросту глуп. Как бы ни был хорош фильм дальше, он строится на базисе этой ошибки.
Вот так и здесь, в самом начале книги рассказывается про эксперимент, который, как я всегда думал, показывает волновую природу света и называется опытом Юнга.
Однако Дойч интерпретирует результаты эксперимента, как вызванные взаимодействием фотонов - один отталкивает другой и заставляет его сместиться с курса. Но мы же знаем, что фотоны не взаимодействуют друг с другом. И автор знает. И по его мнению фотоны нашей Вселенной взаимодействуют с фотонами других вселенных, и это они их отклоняют. При этом тут же на ближайших страницах он рассказывает, почему мы эти Вселенные не видим - потому что мы с ними не взаимодействуем. И это как-то не входит в противоречие с тем, что фотоны мнут друг друга.
Дойч принял это за факт и в течение всей дальнейшей книги ссылался на него, как на доказательство идеи мультивёрса, мол, раз уж мы это доказали, то грех теперь не воспользоваться для объяснения. Даром, что другие физики говорят о том, что пока ни одну из трёх концепций множественных вселенных нельзя доказать экспериментально.

В частности момент, где мультверс эксплуатируется и в хвост и в гриву - квантовые вычисления. Известно, что есть ряд задач, которые будут решаться квантовыми компьютерами за адекватное время, которое линейно зависит от размера изначальных данных. Например, расшифровка RSA, который до недавних пор считался неуязвимым.
Дойч объясняет эту особенность тем, что квантовые компьютеры обращаются к мощности всех квантовых компьютеров в параллельных Вселенных, этакое мегаоблако в глобальном Центре Обработки Данных. И снова его не смущает, что в других Вселенных обязательно есть свои задачи, требующие этих мощностей.

Честно сказать до середины книги я думал, что Вассерман обстегался и подсунул какого-то бульварного шарлатана. Пошёл читать о Дэвиде Дойче, о его книге - оказывается учёный-физик, не абы кто, занимается квантовыми вычислениями, удостоен некоторых наград и имеет признание. Даже пришлось ненадолго усомниться в своей логике.
В отзывах нет никакой критики, никого эти моменты не смущают.


Книга неплохо описывает четыре теории, но гораздо лучше будет их почитать по отдельности - "Структура реальности" - тоска смертельная.
"Слепой часовщик" вместе с "Эгоистичным геном" прекрасны.
"Сумма Технологий" - тот ещё клубок, который предстоит распутать. Лем молоток.

Из прочитанного
eucariot
"Атлант расправил плечи". Айн Рэнд.
Двоякие ощущения от книги.
Во-первых, удивительно, как можно было растянуть практически единственную мысль на 1000 страниц. Надо иметь талант.
Первый треть первого тома прекрасна. Она нашла глубокий отклик в моей душе.
Айн Рэнд, по всей вероятности, часто переживала приступы "всё катится в тар-тарары", как и я. Она рассказывает о мире, где бизнесмены становятся позором нации, а единственной целью существования на законодательном уровне объявляется помощь страждущему, слабому.
Интеллект и разум - самообман; способность и желание делать деньги - едва ли не смертный грех; решительность, готовность принимать решения - проявление жадности, самодовольства.
Такие извращённые идеи социализма.
Через всю книгу протянулась картина всеобщего упадка: заводы закрываются, дороги приходят в негодность, компании банкротятся, улицы приходят в запустение, культурная яма, общая деградация морали.
И равновесие этого мира ещё пытаются поддерживать единицы - те самые атланты, которые готовы принимать на себя ответственность и везти на себе пассажиров.

В общем, если в отношении людей у меня пока редко возникают мысли об их никчёмности, то вот вокруг следы упадка я вижу в мельчайших деталях. Всё современное благополучие кажется очень временным и очень шатким.
Вообще в этом отношении я фаталист и, наверное, пессимист - всегда жду, что всё к чертям рухнет - дороги развалятся и опустеют, самолёты перестанут летать, заводы закроются, в магазинах полки опустеют итд.
Иными словами, первый том срезонировал с моим мировоззрением.


Второй читается по инерции после первого - интерес плавно угасает, но сюжет всё еще ни шатко ни валко держит в напряжении.
Третий том этого произведения, это как 4-й том "Войны и мира" - ну совсем невозможно читать.
Все герои заговорили одним голосом, длиннющие диалоги, хотя их, скорее, следует назвать монологами. Характеры все смазаны. Дэгни из очень умной и решительной женщины превратилась в какого-то безвольного тормоза. Со страниц романа подаётся уже только философия Айн Рэнд, разбавленная знаками препинания прямой речи.

Как бы хороши не были идеи, я бы дал следующую характеристику: очень качественный женский роман. К сожалению, женская натура автора слишком просится наружу.
Он смотрел на нее, не позволяя себе приблизиться, намеренно продлевая удовольствие от осознания того, что может сделать это, когда захочет. На Дэгни была узкая юбка от делового костюма и блузка из прозрачной белой ткани, сшитая как мужская рубашка. Просторная блузка, заправленная в юбку, поднималась к груди пышным колоколом, подчеркивая изящество бедер. В свете лампы, стоявшей за спиной Дэгни, Реардэн видел изящные очертания ее стройной фигуры сквозь прозрачную ткань блузки


В книге есть только белое и чёрное - атланты и грязь из под ногтей. Никого между ними.
Заметим, что все положительные герои привлекательны, изыскано одеты и в хорошей физической форме. Отрицательные же до безобразия карикатурны.

А ещё все атланты - прекраснейшие физиономисты и читают на лице все эмоции владельца этого лица и его родственников до 5-го колена. Знаете, сколько раз только в 1-м томе встречается фраза "его лицо"? 43 раза! А вариации этой фраз 177!
Его лицо по-прежнему выражало учтивость и искреннее уважение.;
Его лицо не выражало ничего, кроме горечи;
Его лицо походило на его слова, как будто все: и прямой взгляд, и мышцы худых щек, и чуть презрительно опущенные уголки рта – свидетельствовало только об одном – бескомпромиссном аскетизме;
ожидая увидеть на его лице осознание своей вины


Если не считать первую половину первого тома, то уже жалею о потраченном времени, но не могу остановиться - надо дочитывать.
Художественную ценность не представляет, а ознакомить читателя со своей философией можно было бы и на значительно меньшем количестве страниц.






"100 лет одиночества". Габриэль Гарсиа Маркес
По ходу книги и название становится понятным и сам этим одиночеством пропитываешься насквозь.
Если всё начинается с весёленькой истории очень далёких времён, которая напоминает, скорее, какое-то фэнтези, то последние страницы я уже дочитывал с щемящей тоской.
Сумерки сгущаются к концу.
Пронзительная и чудовищная история рассвета, заката и агонии одной семьи. Каково это пережить всех своих детей, внуков и правнуков? Увидев лучшее время фамилии, стать свидетелем её полного вымирания?
Читать и перечитывать! Читать и перечитывать! (Я правда два раз это сам написал - не копипаст). В книге переплетаются сказочные мотивы, наполненные волшебными предметами, летающими девочками и богатырями, с реальной историей Северной Америки. Она подаётся через призму истории семьи Буэндия. Поэтому, собственно, не зря, "100 лет одиночества" сравнивают с "Мастером и Маргаритой". Параллели очень явные.
Магический реализм Маркеса заставляет меня перечитать эту книгу.


Эндрю Таненбаум. Компьютерные Сети
eucariot
Прикончил-таки я "Компьютерные сети". Прошло 9 месяцев.

tmp.JPG
Read more...Collapse )

Почему Земля наc притягивает?
eucariot
Вот интересно: учат нас в школе учат. Мы думаем, что умные. А потом как подумаешь, или, что ещё хуже, кто-нибудь как что-нибудь спросит и сядешь в лужу.
Возьмём, например, притяжение. Все мы знаем, что оно есть, что Земля притягивает нас, Солнце Землю, Чёрная дыра в центре нашей галактики Солнце. По сути и я притягиваю клавиатуру, на которой сейчас печатаю. Формулы умные помним, константу g и даже. может быть G. А спросите себя - знаете ли почему вообще? Как действует это притяжение? Это не магнит и дело не заряде Земли и наших тел. Это же понятно? А гравитация действует мгновенно? То есть если убрать солнце, то Землю сразу выкинет из галактики? А как же тогда с пределом скорости в 300 000 км/с?
Этого в школе не дают, как не дают теории относительности, квантовой теории, не рассказывают про котэ Шрёдингера. А это очень интересно. По сути нам читают классическую теорию Ньютона, которая оказывается не укладывается в полной мере в современную физику. И даже теорию Ньютона мы изучаем очень абстрактно - на бумажке решаем задачки, как блок тянут одновременно в трёх направлениях.
Как-то это неправильно. Об этом отлично говорит Фейнман в своей книге "Вы, наверно, шутите, мистер Фейнман".
Секреты строения нашего мира открываются в книгах "Элегантная Вселенная" и "Физика невозможного".
Про это я ещё скажу потом. Просто очень советую почитать.
А сила притяжения согласно Эйншетйну - это искривление пространства. Я сам не сразу понял о чём речь. Но в "Элегантной Вселенной" это здорово объяснили. Пространство, во-первых, это не что-то, заполненное чем-либо (в том числе вакуумом), это всё. То, в чём мы существуем. Так вот, если представить себе плёнку и положить на неё большой металлический шар, то плёнка прогнётся. Пусть до этого рядом с большим шаром лежал маленький шарик, как только плёнка прогнулась, маленький шарик скатывается к большому - это и есть притяжение. В этом примере большой шарик - Солнце, маленький - Земля, а плёнка - пространство.
Но разве смогу я описать это лучше, чем автор? Лучше почитайте его. Я открыл для себя этот мир немного с другой стороны.
Кстати, читая эти книги я ещё понял, что это самая чистая и прекрасная фантастика, даже несмотря на то, что это не фантастика.