Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

Человек, который познал бесконечность

Дев Патель продолжает покорять большое кино.
Прекрасный, хотя и прошедший совершенно незаметно фильм о математике-самоучке из Индии - Сринивасе Рамануджане.
Фильм основан на реальных событиях. И его работа сыграла не последнюю роль во многих последующих исследованиях.
Но я не об этом. Главный герой в поисках человека, который оценит его талант и подарит миру научное открытие, которой он сделал, покидает свою семью в Индии и едет на многие месяцы в Англию, где ему приходится столкнуться с необходимостью строго математического доказательства справедливости своих гениальных формул и прочим трудностями.
Ключевое здесь - покидает семью. Я сейчас сам нахожусь в такой же ситуации. Скорее всего, на полгода я уехал из России, чтобы доказать, что я чего-то стою. Эта разлука очень нелегко дастся мне, ещё сложнее она будет для моей жены Юли.
Оправдано ли в погоне за самореализацией жертвовать семьёй. Современное европейское общество очень неоднозначно в этом вопросе - многие десятилетия культивировалась идея домашнего очага, любви к детям и семьи, как центра всех стремлений. Хотя всего лишь 100 лет назад ситуация была другой. А ещё раньше жизнь одного ребёнка совсем ничего не стоила - хорошо бы, чтобы один из помёта выжил.
Для женщины всё в какой-то мере просто. Генетически и исторически она привязана к воспитанию детей значительно сильнее. Зачастую не стоит вопроса семья или работа. Самореализация заключается в выращивании здоровых и успешных детей.
А для мужчин - это почти всегда компромисс. Что даст долгая разлука? Принесёт ли она пользу семье в конечном итоге, изменит ли она жизнь человечества или какой-то его части?
Вольно или невольно разумный мужчина проводит оценку выигрыша, рисков, затрат и окончательную прибыль от того, что он ввяжется в то или иное дело. Это как проект, который нужно закрыть, если он принесёт профит или отменить, если его не ожидается.
В сложившейся в моей жизни ситуации я принял решение заключить этот контракт. Он не принесёт финансовую выгоду после закрытия, но он является ключевым в том плане, что если я его доведу до конца, это будет залогом успеха в получении следующего - уже прибыльного контракта.
Иногда приходится сиюминутной выгодой побыть с семьёй в пользу потенциального повышения качества жизни в будущем.

Памятник Семье в Томске

Был открыт в июне 2008. Женщина и мужчина, слившиеся в буквальном смысле в поцелуе. Спереди видно их сердце, а со спины это превращается в яблоко. Между ними растёт дерево, а сверху сидит Амур.

Кликабельно.

В поисках чего-то главного


Блин, опять свой iPhone 4S потерял



- Бабай! Бабай! - кричу я и бегу по стерне. Пятки-то как каменные - иглой не проткнёшь, не то, что там травой.
- Бабай! - кричу - Пестрянканэ югалтэм.
На татарском это “Пестрянку потерял” значит - корову нашу. Бегу, реву - мне же всего три месяца назад доверили её пасти. До этого я с дедом ходил. Мы тут с дедом, знаешь, всё исходили: и на дальних пастбищах были и на камешкЕ и даже до Селитры доходили.
Я возьму деревяшку и нож и вырезаю по дороге собаку какую-нибудь или свисток.
О времена были, а счас коров вообще не осталась - одна вон хромая ходит по полю.
Так вот бегу, слёзы ручьём катятся, щёки огнём горят. Бегу, падаю, ору - деда зову: "Бабай, бабай!"
К нашему дому прибежал, из сеней дед выходит. Как сейчас помню, согнулся, когда в дверной проём выходил, в руках крынка с молоком и кусок хлеба, разгибается, на меня смотрит. А я глаза поднял на него, на бороду его в хлебных крошках смотрю и сказать ничего не могу - ну язык не поворачивается.
- Нястя, нястя булды,улым? Что - говорит, - случилось?
А у меня ещё пуще слёзы ливанули. Корова-то у нас единственная была. Литров по двадцать с гаком в день давала. Три раза её мать доила в день. А по зиме телилась и нам через год мясо было. А тут не справился. Кормилица пропала, перед семьёй стыдно. Перед дедом больше всего было стыдно. Он у меня был авторитетом большим.
- Бабай. Пестрянка тайгага китте. Дед - говорю, - корова в лес убежала.
Стою босиком, руки опущены, рубаха на мне висит, мокрая вся от пота. А у деда лицо изменилось. Он быстро развернулся и пошёл в избу, обул сапоги, взял верёвку и картофелин штук пять. Коровы, они картошку любят. Так они тебя могут не подпустить к себе, а к картошке сами подойдут. И пока она тебе одну руку своим скользким языком будет облизывать, второй ты ей на рога накидываешь верёвку и затягиваешь.
У нас уже пару раз корова уходила - я знаю, что такое тайга, поэтому пошёл, оделся. Пока натягивал сапоги дед уже прихрамывал по полю в сторону леса - это где-то с километр. Я побежал за ним. Сапоги велики и при беге такой глухой стук издавали.

-Бабай, гафу ит. Без табабыз сыернэ. Прости - говорю деду, - Мы найдём корову. А сам реву.
Дед идёт, сопит, ничего не отвечает. Он не сердится, он вообще добряк был. Просто ему тяжело и идти и говорить, вот он и молчит. Когда я был пацанёнком, ползал между рядами виктории и надкусывал её, не срывал, думал: “Пускай дальше растёт”. Бабушка, как прознала про то, что это не мыши, а я грызу, давай меня ругать, за палкой пошла, а дед только потешался надо мной. Он никогда не ругался, даже когда я ему литовку в лесу потерял. Литовки у нас в деревне чуть ли не именные были, личные, каждый сам себе по росту, по удобству делал. Поэтому каждый мужик своей косой дорожил и следил за ней.

Каждое лето у нас в деревне хоть одна скотина да пропадала. Пойдёт блуждать. А поди её в тайге сыщи. Заплутает - не страшно, нашли бы. Да это же тайга - иногда идёшь по тропинкам да копыта находишь.
Через кукурузное поле тропинка проложена. Одна большая - по ней весь аул ходит, а вокруг тьма маленьких тропинок - это пацаны носятся по полю, в догонялки играют. Сколько нам ни говорили, сколько ни наказывали, мы всё своё знали - бегали там. А ты знаешь, как это: бежишь, мимо листы кукурузы проносятся, бьют по лицу, по голому чумазому телу, а потом резко в сторону свернёшь и с соседний ряд кукурузы прыг и замрёшь, чтобы преследователь по шевелению верхушек не понял, где ты затаился. И вот представь, человек тридцать нас там сидит по всему полю, а один ходит, ищет. А тут батя высвистывать тебя начнёт - на ужин звать. Но надо сидеть, потому что тот, кто сам сдастся, вечером по реке не на камере плывёт, а на старой калитке.

Почти сразу за полем начиналась тайга. Дед остановился на опушке, постоял, помолился. А я ещё малой был, не знал ничего, просто за рукав его фуфайки взялся и стоял рядом. У нас в деревне традиция такая была - останавливаться перед тайгой. Постоишь, подумаешь, оглянешься и только потом пойдёшь. Хоть по грибы, хоть за шишками - обязательно остановись. Если молитвы знаешь, помолись.
Мы с пацанами далеко не заходили - вот как отсюда до того сеновала, может. А потом заблудиться запросто.
Солнце ещё высоко, но тайга впереди чёрная. Дед бывалый, на охоту даже ходил, говорит, там в глубине избушка есть, специально для охотников делали, чтобы могли остановиться. Землянка.
- Алла бирса, табабыз Пестрянканэ. Айда, улым.
И мы тронулись. Запах тайги. Мммм. Такого больше нигде нет. Даром, что в деревне живёшь, а как в лес заходишь, так и дурманит этот запах.
Пока шли, дед рассказал, что раз сюда из города приезжали гости к кому-то. И спьяну хозяин предложил на охоту пойти. Дело к вечеру было, они взяли с собой несколько ножей и два ружья. Две недели их потом искали, нашли какие-то обрывки одежды и всё. А где-то через месяц из пятерых трое вышли где-то в ста километрах вниз по реке. Ходили слухи, что они сожрали своих попутчиков. Я тогда представил себе это всё, страшно стало до жути, зря мне дед это рассказал.
Начинало темнеть. Я боялся, что мы заблудимся, но доверял деду, поэтому молчал и шёл за ним. Он мудрый по жизни был, всегда всё правильно делал. На отца я не так хотел быть похожим, как на деда.
Вспомнил, как в прошлом году корова куда-то ушла - не в тайгу, а где-то на полях, мы искали её так же до тёмной ночи. А когда нашли увидели, что у неё рог слез. То есть вот эта внешняя твёрдая часть. Оставшийся рог был весь в крови. То ли она бодалась с кем-то, то ли так рога чесала об дерево, что содрала один. И чем темнее становилось, тем больше всяких мыслей мне лезло в голову, и всё больше домыслов всяких.
Часам к десяти мы уже совсем отчаялись и пошли домой. Назавтра снова выйдем. На второй день надежд уже почти нет, но искать идти нужно.
Понурые мы шли домой. Я то малой был - мне просто было жалко Пестрянку и стыдно перед семьёй, а деду с отцом теперь придётся думать о том, что дальше делать.
И тут мы увидели тёмной пятно большое на земле. Шевелится. Сначала я подумал, медведь, но дед уже подошёл туда.
- Пестрянка, Пестрянка. Хайван. Нястя шляттеляр синенбеля? Таре кузляр!
Я сначала не понял, на кого и за что дед ругается. А потом увидел, что это Пестрянка лежит и нет у неё ноги задней. Вокруг всё в крови, а корова ещё живая. Ещё тяжело дышит. Пока я стоял ошарашенный и не мог ничего сделать, дед достал нож и перерезал горло Пестрянке. Я много раз уже видел, как режут коров. Но до этого это всегда было по зиме, в снегу, и мы резали на мясо, а тут в лесу, ночью с отрезанной ногой. Я шевельнуться не мог и только смотрел на ровный срез и как кровь хлещет из горла. Корова дрыгалась в предсмертных судорогах. Дед сидел за её спиной и держался за голову.

Через несколько дней в деревне убили одну девушку, а потом нашли двух бежавших зеков, они в той самой избушке в лесу таились. Их нашли деревенские мужики и подняли на вилы.

Основано на личном опыте, рассказах деда, моего брата и соседей.


______________________

Свой дом vs квартира 1

Эта статья тесно переплетается со следующей.
====================

99,6% своей жизни я прожил в своём доме в частном секторе.
99,5% своей жизни моя жена прожила в своём доме в частном секторе.
~13% нашей жизни мы с ней прожили под одной крышей в своём доме в частном секторе.
<0,5% мы живём в квартире в центре города.
А вот выводы почему-то делаем разные. Общаясь с разными людьми: знакомыми, друзьями, посторонними, я отметил что у людей на этот счёт три точки зрения:
25% Только свой дом! В квартире жуткая тоска.
40% Нет! Только квартира!
35% Или квартира или коттедж.
Если им предложить, что к дому подведены холодная вода, канализация и отопление, а так же рядом есть хорошая дорога, то соотношение резко меняется:
70% за свой дом
15% за квартиру
25% за коттедж (имеется ввиду двухэтажный с гаражом, с ремонтом и фасадом)
Я отношусь к тем 25%, которые при любых условиях предпочтут жить в своём доме. Из-за этого возникают страшные разногласия с женой. Каждый из нас приводит весьма убедительные доводы в пользу своего мнения, но силы они не имеют на оппонента. Исходя опять же из разговоров с друзьями жившими на земле, прихожу к выводу, что проблема разногласий в семье по этому поводу не у нас одних.

Итак, чтобы упорядочить как-то наши знания об этом и аргументы составим сравнительную таблицу.
За 0 примем условия не выполняются или крайне неблагоприятные благоприятные, за 10 - условия выполняются или весьма благоприятны

Частный дом против квартиры

Частный дом против квартиры

Зелёным цветом отмечены очевидные плюсы.

Получается, что жить в доме примерно на 35% выгоднее, чем в квартире. А если к дому подведены центральное отопление и канализация, то выгоднее становится на 41%, то есть почти в 2 раза.

Если говорить о общем числе плюсов, то в доме их более, чем в 3 раза больше - 19 против 6.

Рваные раны

Сегодня я проснулся в холодном поту: я видел сон.

У меня не-то репетиция свадьбы, не-то свадьба настоящая. Она проходит рядом с гаражом. Он такой старый, обветшалый, стены, выкрашенные в неприятно жёлтый цвет, начали осыпаться, ворота все покороблены. Выезд из гаража земляной вперемешку с глиной, снег только что сошёл, и поэтому все мы стоим в вязкой грязи. Накрапывает весенний мелкий дождь. Вокруг почти пустырь: домов мало, серо-коричневая чаща голых кустов, мусорная куча невдалеке. В общем всё, как на самом деле. Словно в окно выглянул.
Мы — это я, моя жена, самый близкий друг и ещё пара знакомых человек. Напротив в резиновых сапогах стоит девушка, ведущая церемонию. А мы стоим в босоножках и шлёпанцах. Нам холодно, но весело. Мы улыбаемся, наши друзья шепчутся о чём-то за спиной. А пафос девушки со слащавым голосом разбивается вдребезги о нерастаявший местами лёд.
Я ещё пока не понимаю, что это сон. Всё кажется совершенно естественным. И тут вдруг я вижу всё со стороны: кучка людей, утопающих в чёрно-жёлтой жиже, мокрая просёлочная дорога, и женщина, приближающаяся к нам. Она невысокая, одета по-домашнему. По-домашнему в деревне — это не классическая фуфайка и галоши, а старый поношенный пуховик с вылезшим синтепоном, стоптанные туфли и платок на голове. Это моя мама. Она идёт к нашей компании, рот искривлён, она кричит что-то, хватается за голову. Останавливается в нескольких метрах от нас и причитает. Потом она разворачивается и медленно бредёт, тоскливо глядя вдаль. Глаза пусты и из них катятся огромные беззвучные слёзы. Всё это я вижу со стороны: как будто камера прямо перед ней и снимает её лицо. От компании отделяюсь я и бросаюсь за ней. Я подбегаю, хватаю маму за руку, она лишь одёргивает её и плетётся дальше. Ещё попытка, ещё. Я что-то ей говорю, но всё бесполезно. Отстаю немного. Она продолжает идти и, сделав небольшой шаг в сторону, куда-то пропадает. Я, глядящий со стороны, понимаю, что она провалилась в какую-то яму, но не могу приблизиться, чтобы увидеть её. А я, стоящий в толпе, этого не вижу, потом оборачиваюсь, ищу глазами маму и, не находя, бросаюсь за ней.
Мама плавает в каком-то колодце возле дороги. Края проруби из коричневой глины, которая расползается под моими руками. Я пытаюсь вытащить её, но она не подаёт руки. Или уже потеряла сознание? Скользкими от мокрой глины руками я хватаюсь за неё, пытаюсь тянуть, но сам скольжу по земле. Идиотское состояние безысходности, какое возможно только во сне. Такое, как когда пытаешься во сне кричать во всё горло, а из глотки ничего не доносится.
Наконец мне удаётся вытащить её. Седые волосы спутаны, морщинистое лицо испачкано глиной, она не дышит, кажется. Мокрая старая юбка облепила толстые короткие ноги.
Неизвестно откуда взявшийся двоюродный брат помогает мне откачать из неё жидкость, сделать искусственное дыхание и кричит: «Это всё ты. Ты виноват!» Наконец фонтан грязной воды вырывается из груди матери, и я счастливый падаю на неё. Из моих глаз валятся грязными комками слёзы.
В этот момент я, о облегчение, понимаю, что это сон. Приятное спокойствие разливается по мнимому телу. Теперь остаётся только досмотреть сон до конца.
* * *
Мы с моей девушкой были молодыми неформалами. Надо было всячески показать своё отличие от других. С одной стороны по этой причине в восемнадцать лет мы подали заявление, с другой назло родителям, которые испытывали лютую ненависть к нашим избранникам. Особенно моя мама. Она просто кипела от ярости при виде моей девушки.
Неформальной мы хотели сделать и свадьбу: только мы с ней, свидетели и всё. Ни родителей, ни родственников, ни пышного празднества. Просто бракосочетание, желательно даже без этих слащавых глупостей из уст девушки во дворце.
То самое утро обещало стать сухим, но пасмурным днём. Мы нарядили машину, девушку и отправились в ЗАГС. По дороге начался дождь, даже ливень. Быстренько расправившись со всем, мы поехали по родственникам раздать по тортику и посидеть за чашечкой чая. Я ведь не знал, что, когда мы выходили из ЗАГСа, под дождём стояла мама и смотрела на нас издалека. У неё даже зонта не было. Я был единственным её ребёнком и она хотела побывать на моей свадьбе.

Когда мы приехали домой, я думал посидеть в семейном кругу, поговорить и попытаться наладить отношения. Но мамы не было дома, трубку не брала. Я знал, что она ушла куда-то из-за меня, но не знал куда.
Она приехала на автобусе, мокрая до ниточки, через 40 минут.
* * *
Проснулся я в холодном поту. Идиотский сон. Он поднял в моей душе все эти острые осколки, которые притупились было за прошедшие годы. Слава богу это был лишь сон и хорошо, что кончился он хорошо. Дома никого не было: и мама и жена уже ушли на работу. У меня было много планов на этот день: две встречи, заехать в офис, на почту, обсудить с директором коммерческие вопросы нового проекта и провести инспекцию на объекте. Я чувствую себя важным за рулём своей «бэхи» и думаю: «Ну теперь-то все видят, что я повзрослел и ошибок больше не совершаю». Блин, что же так хочется спать? И рука болит.

День прошёл прекрасно: я разрулил все вопросы, наказал виновных, раздал подзатыльников подрядчикам. Под бодрые звуки рамштайн я подъезжаю к дому, паркуюсь рядом с десяткой своего дяди. На лавочке рядом с домом сидит мой двоюродный брат со своим отцом — маминым братом — моей женой и маминой сестрой. Странно.
Привет, — с улыбкой на лице говорю я им.
Пошёл к чёрту! — кричит в ответ мне дядя.
А?! — я ошарашен такой реакцией.
Бэ, блядь, уродец! — дядя встаёт и направляется к своей машине.
Остальные как-то злобно смотрят на меня. Жена, конечно, нет, но и привычной ласки во взгляде нет. Ничего не понимаю.
Чо случилось-то, блин?
Ты чо, издеваешься что ли?! — гаркает брат, тоже встаёт и садится в машину.
Брат и дядя уезжают.
Что случилось, Катя?
Ты правда не понимаешь? Или ты не помнишь?
Очевидно не понимаю. Или не помню.
Твоя мать мертва! Она утонула!
Эти слова звучат с удивлённым раздражением. Но оно расплывается для меня в бесконечный ряд звуков. Она что-то говорит, говорит. А я стою, пытаясь составить из осколков воспоминаний о прошлом дне мозаику. Я и правда плохо помню вчерашний вечер. Его обрывки пополам с кадрами из снов пытаются сложиться в полную картину. Это не сон? Это было в действительности? Я крепко зажмуриваюсь до звёздочек в глазах.
Но она же... Она же выжила! Мы её откачали! Я помню!
Не надо так говорить. Это глупая шутка. Твоя мать мертва!
Так... так это было на самом деле? Подожди. Но этого не могло быть. Яма, свадьба. Бред! — я хватаюсь за голову руками, на глазах наворачиваются слёзы. — Бред, бред, бред.
В памяти начинают всплывать обрывки прошлого дня. Дождь, грязь, колодец. Колодец был у нас в конце огорода. Из широкой металлической трубы. Боже! О боже!

Мы поливали капусту, как делали это каждый вечер. Как обычно у нас нашлась причина поспорить и разругаться. Мама набирала воду в колодце. Она подскользнулась и, царапая о края руки, упала в эту трубу. Я вдруг отчётливо вспоминаю всё. Крики, смазанный след её галоши на мокрой земле, перемешанной с глиной, опрокинутое ведро, содранная кожа на краю трубы. Выбраться оттуда сама она бы не смогла. Я не помню, чтобы я слышал крик мамы, но сам крик я помню. Он был таким громким, что слышала вся улица, наверно. Она надрывно кричала моё имя. Я не помню, чтобы я думал, но мысли я помню: она сможет продержаться несколько минут, цепляясь за скользкие стены трубы, потом силы её кончатся и она начнёт захлёбываться. Я не помню, чтобы я подошёл и смотрел на неё, но картину я помню: я склонился над трубой и смотрел на маму.
А потом кто-то оттолкнул меня от колодца так, что я отлетел на несколько метров и я ударился рукой о забор.
Что мы будем теперь? Куда нам деваться? — причитет Катя.
Я... Я... Я не знаю.

Сегодня я проснулся в холодном поту и позвонил маме.

Счастье. Вот оно.

Я вот по жизни оптимист. Я так считаю потому, что у меня всегда хорошее настроение и дажа если оно портится, то ненадолго. Но есть одна вещь, которая не даёт мне покоя.
Одно из самых тяжёлых ощущений для меня — это осознание того, что кто-то несчастен. И речь не только о близких людях. Вот живёт рядом со мной человек, мы занимаемся чем-то вместе. Например, он помогает делать мне ремонт, безвозмездно каждые выходные приезжает, планирует, подсказывает. Он эрудирован, весел. С ним интересно, потому что у него всегда припасена какая-нибудь история. Он умеет шутить, и у него есть свои радости жизни. И тут вдруг, почти случайно, я узнаю, насколько он несчастен в своей семье, какие проблемы гложут его. И это несчастье всё ставит на свои места, но оно повергает меня в глубокое уныние: кто же счастлив, если не он?!
Или вот есть у меня друг. Голова-парень, и языков уйму знает, и так неглупый и во многих вопросах лучше иного преподавателя разбирается. Если силы приложит, то всё у него срастается. Куча знакомых, всегда весел и открыт. Он бросил ВУЗ, работает в каком-то магазинчике. Но он так легко к этому относится и никогда не ноет. В разговоре с ним, я не думаю об этих небольших проблемах. Но вдруг узнаю, что его мать психически больная, лечится каждый год в больнице, а теперь и вовсе отравилась уксусом и теперь её нет, из комнаты выгоняют, денег нет даже на проезд. И это несчастье всё объясняет, но я со своей новой машиной, хорошей работой и милой женой чувствую себя едва ли не ублюдком и задаю себе вопрос: кто, чёрт тебя возьми, счастлив, если не он?
Я всегда завидовал тем, у кого двое родителей. Это такая слепая зависть, потому что я даже не знаю каково это.
Есть ещё знакомая. Я с ней случайно познакомился. Вот у неё были и папа и мама. Отец баловал её разнообразными подарками и ни в чём ей в общем-то не отказывал. Дома всегда была уютная атмосфера. У девочка не было отбоя от парней. Она купалась просто в этой любви. А потом раз: «Я беременна». Парень этот мудак, отец не разговаривает, мать разве что не прокляла её и тоже не разговаривает. И живёт эта девочка чужая среди своих. Хотела сделать аборт, но одумалась. Её несчастье ничего не объясняет, но кто счастлив, если не она?!
И знаете, таких историй с дюжину. Семей, у которых всё в порядке (я почти наверняка это знаю), я знаю всего две. Но вот незадача: по одной из них никак не скажешь, что они счастливы — как-то всё у них так сухо и уныло дома, что счастьем в моей терминологии это не назовёшь. А другие настолько слепы в своём счастье, что даже страшно. Будто оно им затмило сознание.
Невольно задумываюсь — а не дурак ли я, раз, вроде бы, счастлив?

Как мой дед жил и выжил

В прошлый раз я уже рассказывал о своём деде, как он выжил на фронте, будучи
раненным в 4 места. А теперь расскажу о его жизни после войны и его семье.
Раньше было модно меть много детей. Потому что много детей умирало. Например,
в семье моего деда умерло двое детей сразу после рождения. В живых осталось 5
человек: 2 брата и 3 сестры. У его дочери тоже во время родов умерла одна дочь.
Если у вас был один ребёнок и он погиб? Это трагедия, это равносильно смерти.
Даже болезнь страшна. Если двое, то чуть менее больно, но второму ребёнку
достанется и вся горечь и вся недоданная первому любовь достанутся ему. А вот
если было хотя бы трое, то уже гораздо легче и для родителей и для детей. Поэтому
я и хочу троих-пятерых детей.
Collapse )

Про цель жизни

Съездив на 5 дней к родственникам, понял одну простую вещь:
Если я проживу жизнь ради семьи, буду ездить отдыхать с друзьями, выращу детей и буду отдыхать, я в конце жизни не скажу, что я прожил жизнь зря и "На что я потратил своё время"?
Почти при всех других раскладах, когда во главу я буду ставить другие цели, типа славы, денег, поста, у меня останется такая возможность.
Простая логика.
Кажется, найден вектор развития.